Жильвинас Буткус
Что такое Социалистический народный фронт?

Свершилось. Основан  долгожданный Социалистический народный фронт (СНФ). И произвел он тяжелое впечатление. 

Ещё летом этого  года, когда только стали широко говорить об объединении Социалистической партии Литвы (СПЛ) и Фронтаса 1 , можно было прогнозировать http://leftas.info/del-lsp-ir-fronto-susijungimo/ , что СНФ 2  или переживет новые расколы, каковы уже имелись на Фронтасе до этого 3 , или с самого начала пойдет по пути оппортунизма. После съездов 19 декабря можно констатировать серьезный поворот в сторону оппортунизма. Но для полной оценки новоиспеченного СНФ сначала надо посмотреть, как создавалась эта партия, точнее, с чем пришлось сталкиваться в процессе её создания. 

Автору этих строк пришлось участвовать в  процессе создания СНФ. Как его, так  и его товарищей с самого начала привлекло открытое декларирование марксизма, которое ещё совсем недавно  нельзя было представить в политической сфере нынешней Литвы. Это произошло, когда мы участвовали в собраниях и встречах деятелей СПЛ и Фронтаса, в которых обсуждался вопрос об «объединении левых сил» после 16 января 4  и всем известных баталий на Фронтасе с буткявичусами, поцюсами и т.д. В тот период А. Палецкис вполне естественно объяснил последнее явление тем, что Фронтас создавался на общей «антиолигархической волне», из-за чего в эту партию пришло много мелкобуржуазных элементов, с которыми теперь, переходя на марксистские позиции, приходится распрощаться. Итак, марксистские категории. Это уже казалось «чем-то». 

Много было разговоров о марксизме весной и летом  этого года. Но очень скоро появились  двусмысленные и разочаровывающие сигналы. 

Хотя в частных  беседах постоянно поднимались  идеи создавать не какой-то СНФ, а прямо Коммунистическую партию, раньше или позже происходил отказ от них (и хорошо, как теперь показывает практика, ибо такая «Коммунистическая партия» только компрометировала бы это великое название). 

Когда летом  был получен проект программы СНФ, подготовленный членом СПЛ М. Бугаковым, перед глазами за редкими исключениями предстала довольно унылая картина. Поскольку попросили написать замечания, они были написаны. Но это потребовало некоторого времени – в громадном проекте программы, который напоминал не программу действий, а попытку написать некий научный труд, можно было критиковать чуть ли не каждое второе предложение. Очень спорные теории об изменениях форм и отношений собственности, штампы буржуазной идеологии при оценке разных политических аспектов, отсутствие любой конкретики, открыто декларируемая поддержка среднему бизнесу и все это венчало утверждение, что программа «марксистская» - это никак не могло быть программой настоящей боевой левой партии. 

На фоне этого  «научного» витания в облаках особо примечателен отрыв от реальных, повседневных проблем трудовых коллективов, которые, казалось бы, должны быть неотъемлемой частью программы. Защищать трудящихся собравшиеся персонажи, будучи представителями интеллигенции и не знающие конкретных проблем нижних социальных слоев, к этим же трудящимся не ходили и не выясняли, с чем конкретно им приходится сталкиваться. Поскольку пришлось быть автором этих идей – идти в трудовые коллективы и именно с их помощью готовить программу – самому и пришлось заняться этим. Встреч было немало, и все они были продуктивными. Открылась внутренняя структура т.н. социальной апатии, которой до этого не описал ни один интеллигент, считающий себя левым. А когда открылась эта структура, выяснилось и что надо делать, стремясь к её устранению. Этому вопросу, по-видимому, надо посветить отдельную публикацию. Здесь можно отметить только то, что с помощью активистов из трудовых коллективов был подготовлен список ближайших шагов, которые поддержали даже активисты среднего звена нынешних желтых и полужелтых профсоюзов, заявив, что «это утопия, но впиши – профсоюзы поддержат». 

А между тем, уже тогда создавалось впечатление, что никто больше ни в Фронтасе (справедливости ради можно добавить, что А. Палецкис участвовал в нескольких таких встречах), ни в СПЛ такой деятельностью не занимается (по крайней мере, никто никогда не говорил, что у нас есть коллеги), и что вообще такая деятельность для всей этой буржуазной интеллигенции чужда. 

Когда началось сотрудничество, нам пошептали, что половина Фронтаса поддержала бы марксистскую программу, но поскольку силы с оппортунистами примерно равны, на съезде партии каждый голос был бы важен. Поэтому нам предложили присоединиться к работе партии, укрепляя марксистский лагерь. Присоединились. Начали организовывать территориальные отделения с целью привлечения рядовых трудящихся и левой молодежи. 

Здесь стоит  отметить, что при работе со студентами вырисовалась интересная тенденция, когда  нередко студент левых взглядов отказывался или колебался по поводу присоединения к работе создания СНФ потому, что это не коммунистический проект – они присоединились бы только к восстановлению Коммунистической партии. Это, кстати, должно заставить задуматься пожилых социалистов, которые вечно ныли, что к ним не идет молодежь. Молодежь пошла бы там, где действуют конкретно и решительно, а не там, где левыми или даже «марксистами» называющие себя люди вечно божатся своей «демократичностью», приверженностью всяким «независимостям» и подобными желто-зелено-красными вещицами. 

А когда мы начали работать с простыми трудящимися  и совместно с «фронтовиками» решили, что им будет некогда читать лекции М. Бугакова, начал готовится другой, более конкретный проект программы, в который был включен и вышеупомянутый список ближайших шагов, сформулированный с трудовыми активистами. Этот проект программы, точнее, его рабочий вариант (поскольку он так и не был до конца выработан), теперь публикуется на Лефтасе, его можно прочитать здесь http://leftas.info/kokia-galejo-buti-slf-programa/ (на литовском языке). 

Этот проект программы раскрыл и идейное  состояние этих партий. Рабочая группа по подготовке программы, созданная  обеими партиями, этот проект программы отклонила. И как наверняка уже догадываются прочитавшие его – из-за его радикальности. Нельзя сказать, что на Фронтасе и СПЛ не было поддержавших его людей. Но большинство составили и верх взяли те, которые начали философствовать об «ортодоксальном марксизме» (хотя марксизм или есть марксизм, или это уже не марксизм, ни «ортодоксальным», ни «нео», ни каким-то ещё другим он не может быть), «слишком большой остроте» и т.п. Так сложилось, что в похожее время появились разговоры об откладывании съезда, так как верхушка Фронтаса почувствовала, что партия может и не пожелать объединяться с СПЛ, и марксизм в ней не поддерживается 90-ю процентами (СПЛ формально декларирует марксизм). Все изначальные опасения, с которыми мы сначала не хотели торопиться, подтвердились. Все суммировав, мы, лефтасовцы, и наши товарищи ушли. Поскольку остается непонятным, что можно делать в оппортунистическом болоте, в котором блокируются любые конкретные установки. Ведь одним из аргументов, когда нас призывали к присоединению, было то, что название неважно, если программа по своей сути будет коммунистической. Что ж, коммунистическая программа была подготовлена. И результат перед глазами. Практически укомплектованные отделения так и не вступили в Фронтас. 

О том, с чем  можно столкнутся в СПЛ, уже после нашего ухода писалось в Лефтасе в статье «Защитники» трудящихся: ты дитя четырех классов, с метлой работаешь, и не болтай чего не понимаешь!» 5  http://leftas.info/darbo-zmoniu-gynejai-tu-keturiu-klasiu-vaikas-su-sluota-dirbi-ir-neaiskink-ko-neismanai/ . Хотя это ещё не самый большой перл, какие там имели место… И хотя эта история с членом Совета СПЛ Станчиком только укрепила убеждение, что мы поступили правильно, но на съездах 19 декабря, когда полностью раскрылось истинное состояние этих партий, было просто на душе хорошо, что мы не состоим в этих организациях. 

В тот день прошли три съезда. Отдельно Фронтаса, СПЛ, а потом учредительный съезд. Съезд СПЛ начал председатель партии Г. Петружис, в своем докладе заявив две вещи: 

- СПЛ является  конституционной партией, и власти следовало бы радоваться, что партия ей помогает; 

- мы всегда  считали себя марксистской партией, сотрудничали с зарубежными коммунистическими партиями; 

Что сотрудничали с зарубежными Коммунистическими  партиями, это похвально, но если уж быть марксистами, то надо сказать, что  нынешняя власть является властью капитала по своей сущности, она чужда для трудящихся и не предоставляет для них никаких реальных прав, подавляет их, утверждает господство группировок капитала. И это она безусловно подтвердила во время знаменитого 16-го января. А это значит, что поддерживать эту власть, помогать ей, значит предать трудящихся, предать какой бы то не было социализм и марксизм. Наоборот – никакой поддержки диктатуре капитала, все силы для ее свержения (а как это сделать – «конституционным» или другим путем, это лишь вопрос тактики) – такой должен быть ответ марксистской организации, представляющей интересы трудящихся. Как это совместимо? Никак. 

Эта атмосфера  противоречий и двойственности окутала  весь съезд. Рядом с развернутым  красным флагом с желтой надписью «СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ ЛИТВЫ» стоял  буржуазный триколор. Если уж быть марксистами, то должно быть ясно, что последний символизирует лишь тотальный обман и «Балтийский путь», который привел к разрушению промышленности и сельского хозяйства, массовому обнищанию, бандитизму, наркомании, безработице, бегству масс из страны и т.д. Это привело к реставрации капитализма. Это буржуазный символ. Нет, социалисты ведь помогают власти… 

По отдельным  вопросам речь Г. Петружиса можно  только поддержать. Запрет на советскую  символику назван актом исторического  вандализма. Но даже в этих моментах прочитывается та самая двойственность: запрет на критику участников послевоенной резистенции – акт реваншизма. Благодарность за поддержку, но почему «резистенции», а не бандитизма, терроризма или, по крайней мере, националистического подполья? 

Неожиданные слова  на трибуне произнес бывший председатель СПЛ А. Висоцкас, который с самого начала был против объединения. Он сообщил, что Ю. Ермалавичус, звонивший из Москвы, «настоятельно просил не делать роковой ошибки», т.е. не объединяться с Фронтасом в одну партию вместо того, чтоб объединиться в коалицию с двумя фракциями. По телефону то же самое сказал М. Бурокявичус и отказался поздравить съезд. Не один социалист потом высказался, что им, проживающим здесь, в Литве, лучше знать, что делать, чем Ермалавичусу. Но насчет позиции Бурокявичуса от комментариев воздержались. К сожалению, более подробно позиция Бурокявичуса не была разъяснена.  

Положительно  настроило высказывание на трибуне  члена СПЛ Я. Козловского против упомянутой установки проекта программы представлять средний бизнес. «Если мы марксистская партия, то мы должны защищать рабочих, а не средних предпринимателей», - говорил Я. Козловский и призвал удалить эту установку, пока ещё не проголосовали. Но реакция на это замечание была таковой, какой никак нельзя было предвидеть. Один за другим посыпались высказывания, как, например, «если человек на базаре продал мешок картофеля, то партия его уже не поддерживает?», какая-то пожилая женщина рассказала о судьбе своего отца, кузнеца, которого после войны убили бандиты, и который по современным категориям относился бы к мелким предпринимателям, и т.д. Хотя о мелком бизнесе Я. Козловский ни слова не упомянул. Короче говоря, оказалось, что многие делегаты съезда не отличают мелкого бизнеса от среднего. Кто мог подумать, что это возможно в партии «марксистов»? После съезда Я. Козловский попытался пояснить одному из делегатов, что он говорил о среднем бизнесе, а не мелком. Реакция того человека была примерно такой: ай хи-хи ха-ха, может я что-то и не так сказал, ай хи… Хотя ради справедливости стоит заметить, что когда поднялось сопротивление замечаниям Я. Козловского и когда оппортунисты (или просто не очень что понимающие люди) начали произносить речи, из зала послышались реплики «чушь», «что бы Ленин сказал?» и т.п. К сожалению, это были лишь отдельные голоса. 

Сплошные противоречия. И весь этот клубок несовместимостей увеличила речь М. Бугакова, в которой  он рассказал, как «много работы проделано  с целью составления сбалансированной марксистской программы». Поскольку «имели место попытки тянуть в радикализм». В качестве примера привел предложения отказаться от термина «демократический социализм» и оставить просто социализм, так как такой термин сразу напоминает скомпрометированную социал-демократию. Хотя ничем не хуже был аргумент, что «демократический социализм» это бессмысленная фраза, так как социализм для трудящихся сам по себе демократичен по сравнению с капитализмом, и это должно бы быть понятно каждому хоть сколько-то мыслящему марксисту. И не только марксисту – широкая советская ностальгия, до сих пор проявляющаяся в частных беседах простых людей, это самое лучшее доказательство, что простой трудящийся, даже не усвоивший марксистских принципов, чувствует это, хотя и инстинктивно, по-своему. Но нет, все равно Бугаков заявляет: «Мы за демократический социализм». И рядом с этими словами приходится услышать такой театр абсурда: «Могу сказать, что это марксистская программа, и это зафиксировано в программе». 

Что ж, отойдем  на время от съезда и посмотрим, что же это за «сбалансированная марксистская программа». Принятая и обнародованная программа, между прочим, это тот самый первый вариант, подготовленный ещё летом этого года, только немного урезанный и ещё смягченный. 

Нет надобности мучить читателя доскональной критикой всей программы, которая была бы действительно большой и потребовала бы отдельной работы, достаточно привести несколько красноречивых примеров. Похоже, что её авторам и сторонникам кажется, что хватит записать слово «марксизм» и от этого программа уже станет марксистской. В предисловии программы говорится: 

«Надо признать, что быстрое  развитие технологий, свободная мировая  торговля и неограниченное движение капитала, средства, которые  позволяют капитализму  проводить трансформированную неоколониальную политику, подрывает влияние и мощь организованной рабочей силы, поэтому первостепенной задачей становится активная и солидарная консолидация международной рабочей силы». 

Чтобы присоединиться к «солидарной консолидации международной рабочей силы», во-первых, надо расшевелить и консолидировать её в своей стране. Но никаких конкретных мер, как это сделать, как преодолеть пассивность рабочей силы и т.п., в программе не указано. В упомянутом коммунистическом проекте программы, который был отклонен из-за своей остроты, с помощью самих трудовых активистов сделана попытка ответить на этот вопрос. Но оказывается, что даже отдельные элементы того проекта программы (а некоторые из них, как например, обязательное по законам учреждение профсоюзов в предприятиях – внимание – были взяты из практики капиталистических стран Западной Европы!) не были включены в принятый вариант, который подготовлен без всяких консультаций с той же рабочей силой, которую авторы программы собираются консолидировать. Все то, что говорится в этой программе, есть только благие пожелания, а не конкретная программа действий. 

В разделе «Партия» читаем: 

«Партия…  защищает права мелких и средних предпринимателей». 

Об этом уже  говорилось насчет высказываний Я. Козловского. Можно лишь добавить, что поддержка мелкой буржуазии выражается и в коммунистическом варианте, потому что в реалиях нынешней Литвы игнорировать мелкую буржуазию это то же самое, что в России начала ХХ в. игнорировать крестьянство. Может даже хуже, так как в нынешней Литве нет крупных промышленных центров. Да и эту мелкую буржуазию, т.н. «мелких предпринимателей», в большей степени составляет тот самый трудовой народ, живущий своим трудом, никак не меньше эксплуатируемый и ни никак не более довольный существующими реалиями. Но средняя буржуазия – это уже совсем другое. Это собственники небольших предприятий, которые сами не участвуют в процессе производства, и, между прочим, являются ещё более ярыми героями реакции, чем крупные капиталисты. Они напрямую контактируют со своими трудовыми коллективами, ежедневно крутятся вокруг них, и могут выбросить на улицу работника, если он только заговорит о профсоюзе или чем-то подобном. И вот таких собирается защищать СНФ. 

Далее: 

«Своих  программных целей  партия СНФ будет  добиваться только мирными способами политической борьбы, основываясь на Конституции, законах Литовской Республики…» 

Уж кому-кому, а настоящей левой, руководящейся марксизмом партии должно быть ясно, что конституция Литовской Республики является главным законом буржуазного государства, утверждающим в стране капитализм. Тот самый капитализм, в отношении которого программа так неблагосклонна. Приход к власти левой партии, если она действительно левая, неизбежно будет означать смену конституции. При любой возможности. Но эта партия своих целей собирается добиваться «только мирными» способами (а что имеется в виду под этим абстрактным и настолько широким термином, что они не несет в себе никакого ясного содержания?) и основываясь на главном законе, утверждающим капитализм. Конечно, тактики могут быть разными, хорошо всё, что служит цели, но изначальная божба о своей миролюбивости и преданности конституции, которой никто даже не требует, тем самым без ясного указания на классовую сущность этой конституции, напоминает какой-то комплекс неполноценности и ничего хорошего не сулит. Классовая сущность конституции не только не указана, наоборот, конституция возвышается до некой абсолютной ценности: 

«Наша начальная цель –  восстановить конституционный  строй. Главный правовой акт государства должен действовать в полную силу и для всех», - говорится ниже. 

Вот так, главный  правовой акт, утверждающий капитализм, должен действовать в полную силу. И в этой «марксистской» программе  говорится о создании «социалистического общества». 

Не обошлись и без «извинений» за «преступления  прошлого» (да, да, «марксисты» извиняются за репрессии прошлого против классовых  врагов трудового народа во время  разгара классовой борьбы в середине ХХ в.). В разделе «Развитие государственности  Литвы» читаем: 

«Неоднозначным  представляется период 1940-1990 гг. Части жителей  Литвы он принес лишения (да, в «марксистской» программе говорится  о категории «жителей Литвы», а не классовой  буржуазия – мелкая буржуазия – наемные  рабочие, даже в оценке середины ХХ в., когда классовое размежевание было более ярким – Ж.Б.). Другая часть создавала новый мир, в котором больше не будет насилия, эксплуатации и неравенства. Осуждая преступления против человечности (! – Ж.Б.), должны признать, что за эти десятилетия мы проложили сотни километров лучших дорог, произвели мелиорацию двух миллионов гектаров земли, построили заводы и фабрики, «Мажейкю нафта» и атомную электростанцию… Мы забыли, что такое безработица, платные образование и здравоохранение. Люди имели социальные гарантии. Вместе с другими народами разгромили одного из самых жестоких режимов в мире – немецкий фашизм». 

Да, это правда, но если не победа во внутренней классовой  борьбе в Литве, если не эти репрессии, из-за которых авторы программы так  «извиняются» и обозначает как «преступления против человечности», достигли бы мы все это? Ужасы послевоенного периода затянулись бы, погибли бы не 10 или 20 тысяч, а в разы больше, процветание 60-70-х вряд ли был бы достигнуто. 

Ещё лучше: 

«Независимая  Литовская Республика, в 2004-ом ставшая членом Евросоюза, это современная форма государственности литовского народа и всех народов, проживающих в Литве». 

Слышите, все  жители Литвы, которых реставрированный капитализм выбросил из квартир и  заставил искать крохи пищи в мусорных контейнерах, а также все те, которые сбежали за границу в поисках источника проживания – это и ваша форма государственности! Да уж, неплохо развили теорию марксизма новые идеологи, забыв элементарную истину, что в 1990 г. восстановлена не «Независимая (да ещё с большой буквы во всей программе! – Ж.Б.) Литовская Республика», а в первую очередь буржуазная государственность, которая прервала существование советской социалистической государственности, а не какая-то «независимость». В конце концов, кому ещё не ясно, что даже эта буржуазная государственность не является независимой? Часть буржуазного суверенитета отдана ЕС и НАТО, власти Литвы подчиняются приказам из Брюсселя и Вашингтона. Если надо, тюрьму ЦРУ построят, надо – АЭС закроют. Что это за «независимое» государство, которое само не может решать, что ей делать со своей АЭС? Наверняка все цвета на могиле Карла Маркса увяли бы, если бы эта великая личность узнала, как теперь «развивается» её наука. Это не марксизм. Это дань идеологии буржуазной Литвы. 

В программе можно столкнуться и с такими странностями, которые неясно ни почему были написаны, ни почему их не удалили когда редактировали: 

«Государственные  институции все более  служат незаслуженно обогатившемуся общественному  слою, экономическим  интересам отдельных группировок». 

А что, они не служили этим интересам 10 лет назад? 

«…авторитет Сейма и других институций власти в  глазах общества очень  упал». 

Так СНФ хочет  вернуть авторитет Сейма и  других буржуазных институций, или  осуществить социалистические преобразования, «выйти из капитализма», как некоторое время назад в своей бурной статье писал А. Палецкис? Похоже, что первое. 

В разделе «Глобальный  выбор» читаем: 

«Мы уверены, что основа безопасности Литвы  – это последовательный и подчеркнутый нейтралитет, неучастие ни в каких военных блоках. Мы за демилитаризацию международных отношений Литвы…» 

А где пропала  ясная формулировка вывести Литву  из НАТО, записанная в первоначальном варианте? Раньше, пока это был лишь проект программы, эти предложения  звучали так: 

«Мы уверены, что основа безопасности Литвы  – это последовательный и подчеркнутый нейтралитет, неучастие ни в  каких военных  блоках. Мы за уход Литвы  из НАТО, за демилитаризацию  международных отношений  Литвы…» 

Если партия, которая ещё не успела ничего сделать, а только принять программу, уже начинает отступать, шагать назад, то можно констатировать, что эта партия слабая духом, и будет неспособной сделать судьбоносные шаги. 

Также программа  полна благими пожеланиями и  во многих случаях не представляет никакого конкретного плана действий. Если, например, в подразделе «Социальная сфера» есть конкретный шаг, который, между прочим, ничего нового не представляет и формально декларируется и социал-демократической партией – это прогрессивные налоги, или другой – передача профсоюзам и трудовым коллективам части акций государственных предприятий, таким образом, включая трудовые коллективы в управление производством, то рядом с ними представлено ряд абстракций, которые неясно как будут достигнуты, например: 

- составление социально-ориентированного государственного бюджета; 

А как именно СНФ собирается его составить  – какие программы, какие проблемы будут решаться? Или деятели СНФ  попросту поленились серьезно поработать над этой темой, черкнув пять слов, чтоб выглядело красивей? 

- расширение сектора  социальной политики  во всей правительственной  политической системе; 

- поощрение местного  территориального  и производственного  самоуправления; 

Опять – где  конкретный список действий для осуществления  этого, как это будет выглядеть на практике? 

А последний  пункт своей абстрактностью может  и ошеломить: 

- реальное осуществление  всеобщих прав  человека; 

Здесь неясно ни как это будет достигнуто, ни вообще что это такое. Что значит «реальное», и какими способами СНФ собирается этого добиваться? 

Ниже добавляется: 

«Партия … будет инициировать поправки Трудового  кодекса, которые  в предприятиях, принадлежащих  государству и  частному сектору, утвердят личную, правовую и  материальную ответственность  работодателя за нарушение  прав наемных работников и за сознательное создание препятствий для профсоюзной деятельности…» 

Прекрасно, но где  эти поправки Трудового кодекса, которые СНФ собирается инициировать? В программе их нет! 

И все это  уже не говоря о том, что программа  пропитана обыкновенным духом социал-демократии, который не имеет ничего общего ни с марксизмом, ни с социализмом (если понимать социализм как общественный строй без частной собственности или, по крайней мере, с небольшим сектором мелкой частной собственности в определенный период). 

А съезд СПЛ  закончился, конечно, принятием этого  проекта программы и решением объединится с Фронтасом. Вскоре в другом зале прошел учредительный  съезд, в котором собрались делегаты обеих партий. И если съезд СПЛ  с небольшими исключениями оставил уже обычным ставшее впечатление оппортунизма, то учредительный съезд СНФ даже немного удивил, произвел действительно тяжкое впечатление. Уже не раз приходилось слышать о мелкобуржуазном болоте на Фронтасе, но теперь окончательно вскрылось, что это не столько мелкобуржуазное, сколько самое что ни на есть буржуазное болото. 

И здесь опять  начались дискуссии о поддержке  мелкого и среднего бизнеса. Что  А. Палецкис начал отмахиваться от среднего бизнеса, это можно только поздравить, но ответ сторонникам этой идеи был слишком мягкий. На вопрос из зала, поддерживает ли Фронтас сельских хозяйственников, считаются ли они мелкими или средними предпринимателями, Палецкис ответил, что если крупные хозяйственники, но не поддерживает, поддерживает мелких. Но спустя мгновение добавил, что «это только мое мнение, партия демократична». Рядом сидевший коллега из редакции Лефтаса Эугениюс, приехавший посмотреть на съезд, вставил реплику: «Какое здесь ещё мнение, так надо делать, а не мнение». Когда сторонники поддержки среднему бизнесу подняли шум, такие как член Фронтаса Залецкас, Палецкис им ответил, что средний бизнес имеет большие ресурсы и поэтому у него и так есть свои силы, значит, поддерживать нет надобности. Но разве это аргумент марксистов? Показатель должен быть не то, у кого больше сил, а то, что средний бизнес это в первую очередь частная собственность, и не та мелкая частная собственность, которую ещё можно оставить ввиду нынешнего исторического этапа, но куда более крупная, которая уже ничего общего не имеет с интересами трудящихся. 

Ещё продолжить дискуссию хотел Я. Козловский, но ему высказаться попросту не дали, объявив внезапное голосование  и проголосовав за прекращение дискуссий  по этому вопросу (это тоже показывает уровень большинства данной партии). 

Следующая дискуссия началась по поводу названия – Фронт социалистов или Социалистический народный фронт. И хотя это не самый значимый вопрос, но этим баталиям стоит уделить несколько внимания, поскольку они таят в себе некоторые более значимые тенденции. Высказавшиеся за Фронт социалистов аргументировали это тем, что слово «народ» охватывает и буржуазию. По этому поводу можно спорить, потому что если в бытовом смысле часть людей «народом» считают всех жителей страны, то в марксистском смысле содержание «народа» изменчиво, и в наше время буржуазия никак не может быть причислена к народу так же, как и, скажем, во времена буржуазных революций к народу не могли быть причислены дворяне и т.п. Но главное в этом случае то, что высказавшиеся за Фронт социалистов делегаты сделали это, избегая именно связи с буржуазией, а высказавшиеся за СНФ – не потому, чтобы они руководствуются марксизмом и пытается его объяснить, а потому что они и выступают за дружбу с буржуазией. «Пусть и богатые, но они тоже граждане и мы за социальную справедливость», - начал громыхать Залецкас. Значит, и за капиталистов тоже. Вот тебе и левые. И когда проходило голосование за название, это было голосование не столько за название, сколько за политическую позицию. Результат: за Фронт социалистов – 19, за СНФ – 67. Да и какая-то часть этих 19-ти, по-видимому, голосовали на ФС будучи пожилыми, старыми членами СПЛ, которым попросту казалось чем-то важным ради старой партии сохранить в названии будущего образования акцент «социалистов». Итак, картина довольно унылая. А какой шум поднял лагерь этих 67-и. И свистеть, и реветь начали, отмечая победу своих буржуазных интересов. Как будто собралась какая-то банда буянов с классической кулацкой экзальтированностью.  

Потом Палецкис подобрал себе заместителей, выдвинув кандидатуры на другие органы партии. Из запомнившихся моментов – розовый «марксист» М. Бугаков в СНФ стал ответственным за идеологию, Я. Козловский будет работать с молодежью. На Совет СНФ предложен Витаутас Микалаускас, который требовал включить в программу извинения за «преступления прошлого» и не видит ничего кроме своего мирка буржуазной интеллигенции и убежденный, что не надо выдвигать цели вывести Литву из НАТО. 

Где-то в это  время интересное замечание сделал рядом сидевший Эугениюс: впечатление такое, что Ярослав (Козловский) здесь какое-то инородное тело, мало кто ему аплодирует, поддерживает, а ведь пролетария как раз должны поддерживать, если уж объявляют о защите трудящихся. И действительно, это интеллигенция, объявившая, что будет защищать трудящихся, и вместе с тем почти не сталкивающиеся с повседневностью тех самих трудящихся, в своих рядах имеющая только одного-другого такого, а когда сталкивается с конкретными вопросами, то начинает их отталкивать.  

Один из членов этой партии в день съезда сказал автору этих строк: «Постарайся быть объективным, и если не поддерживаешь всей партии, то попытайся поддержать людей, которые в этой партии пытаются что-то изменить». Раз уж так, то можно сказать, что в СНФ имеются здоровые силы. Но эти силы крайне ничтожны. Что и подтвердили съезды. Это люди как молодого, так и среднего и старшего возраста. Некоторые происхождением из простых трудящихся, не имевших ничего общего с политикой, некоторые из тех, которые во время контрреволюции 1988-1991 гг. остались преданными Советской власти. И хотя в их рассуждениях – все равно нет более левой партии за СНФ, и если мы не будем иметь такой, то не будем иметь вообще никакой, поэтому надо работать и пытаться что-то изменить, повлиять – есть логика, но у каждой палки два конца, и все это дело может обернуться вечным сизифовым трудом и тем, что оппортунистическое большинство попросту будет эксплуатировать в свою пользу партийную работу таких членов и будет жить и не тужить. Тем более что ясной позиции избегают в самой верхушке этой партии. 

Автор этих строк  сам некоторое время руководствовался подобной логикой (когда ещё не было ясно, какая программа будет принята) в работе со студентами, когда начала повторяться тенденция, что они хотят коммунистического проекта. Аргументы были следующие: 

- хорошо, Палецкис  и его окружение боятся этого названия, но не в названии суть, если будет принята действительно марксистская революционная программа, коммунистическая по своей сути, и будет развиваться работа с трудовыми коллективами. 

- проблема в  том, что многие из нас, молодых  «левых радикалов», сами являются в большей степени представителями интеллигенции, не имеют никакого опыта классовой борьбы, и что же будут делать все эти студенты, если скажем завтра с неба свалится революция? Ничего, потому что они не знают, как подойти к трудящимся, как с ними говорить, в чем нуждаются эти трудящиеся, а такая работа в составе СНФ дала бы опыт и навыки, СНФ был бы школой этого дела. 

Но практика сама указала на реальность: если кто-то отступает от одного острого вопроса, то вскоре отступит и от другого. Название Компартии, по крайней мере, в условиях нынешней Литвы, само по себе является индикатором настроений, целей и мотивов деятелей, и если они от этого названия отказываются, то можно махнуть рукой и на все остальные разговоры о марксизме, классовой борьбе, защите прав трудящихся, борьбу с олигархами, капиталистами, буржуазией и т.д. и т.д., как бы активно об этом не говорили в какой-то момент. Никакой революционной программы не принято, никакая работа с трудовыми коллективами не развивается, а что молодые активисты смогли бы научиться в этой партии, так разве что розового псевдомарксизма и дополнительных навыков витать в буржуазно-интеллигентских облаках, плавать в закулисных интригах буржуазной политики и внутрипартийной жизни. 

И что в этом болоте можно изменить, остается непонятным. Поскольку другой лагерь и большинство партии составляют бизнесмены, буржуазная интеллигенция и усталые старички, которые уже не очень смотрят, за что голосуют, и голосуют за то, чего требуют другие или верхушка партии. Корни этого лагеря идут в т.н. «номенклатуру» советских времен, в которой было больше шансов научиться приспособляться, плавать по течению и вести закулисные интриги, нежели марксизма и принципиальности (хотя это не значит, что все партийные и другие деятели были такие). Также это представители работников умственного труда, сформировавшиеся в позднем СССР, которые никогда не видели никакой классовой борьбы и ею не интересовались, т.е. поколение социальной группы со склонностью приспособляться и полным непониманием марксизма, и те представители умственного труда, формирование которых проходило во время националистической контрреволюции 90-х, т.е. поколение социальной группы, наверняка наиболее пораженная антикоммунизмом, антимарксизмом и недовольством советским опытом (который можно изучать и критиковать с левой стороны, но они это делают с правой). Представляется мало вероятным, что их можно перевоспитать. 

Так что же такое  этот новоиспеченный СНФ? Это наверняка  всё, что в теперешнее время после  перелома 16 января могла породить эта  мелкобуржуазная страна. Это противоречиями и странностями раздираемое образование с положительными и ярко отрицательными сторонами, которое – хотя даже такое образование насколько лет назад было ещё трудно представить – скорее всего, станет лишь одним из этапов развития литовской левой, но в революционном отношении ничего не сделает. 

Вся эта ситуация является отражением нынешней противоречивости буржуазной Литвы. Практика показала, что трудящихся можно агитировать  и организовать в коммунистическом направлении, как и более радикально настроенную молодежь. Но ещё не выросло достаточное ядро активистов, которое могло бы повести за собой эту массу. Именно не выросло, поскольку такие активисты, или, по крайней мере, большинство их, должны быть только из новых поколений. 

Ещё несколько  лет назад на страницах Лефтаса прошла дискуссия между С. Ваунтраубасом и Г. Буткусом, в которой высказана мысль, что, скорее всего, Компартию Литвы восстановят те, которым теперь 16-25 лет. Как показывает практика, это было правдой.

Примечания

1  Фронтас - окололевая мелкобуржуазная партия «антиолигархического» направления под председательством А. Палецкиса.

2  Который создавался посредством объединения Фронтаса и СПЛ.

3  Ряд уходов и исключений из Фронтаса в 2009 г. из-за разногласий с А. Палецкисом, в том числе исключение известного мастера по интригам и провокациям А. Буткявичуса, а также А. Поцюса, который «обвинял» А. Палецкиса в «коммунизме» и выступал за союз с националистами.

4  Волнения 16 января 2009 г. в нескольких городах Литвы.

5  История с заседанием Совета СПЛ 14 ноября 2009 г., когда произошла перепалка между членами Совета Я. Козловским и В. Станчиком. Первый призвал удалить из проекта программы СНФ установку на поддержку среднего бизнеса, заявив, что сам является пролетарием и не в его интересах представлять бизнесменов, а также, что если руководствоваться марксизмом, то капиталист по определению не может не эксплуатировать наемного работника, и здесь не важно, средний капиталист или крупный. На что каунасский бизнесмен В. Станчик в ярости ответил: «Ты дитя четырех классов, с метлой работаешь!». В конечном счете, под абсурдными объяснениями других членов Совета (как то: «Если не будем защищать среднего бизнеса, то где будут работать люди? Если не будет бизнеса, то не будет и работы») призыв Я. Козловского не был поддержан Советом СПЛ.

При использовании этого материала ссылка на Лефт.ру обязательна