Лефт.Ру Версия
для печати
Версия для печати
Rambler's Top100

И. Бирюков, И. Ивашкина
Роза Люксембург и «русская революция»

В нашей стране, как и во всех странах постсоветского периода, наследие Розы Люксембург практически неизвестно. Официальная советская идеологическая машина практически лишила Розу Люксембург статуса теоретика социалистической мысли, оставив ей лишь место мученика за идеалы антивоенного и рабочего движения - и всё. И этому есть весомый повод: признание её теоретического наследия как теории революционного марксизма ставило бы проблему противостояния «люксембургианства» ленинизму на новый уровень. Об этом наследии предпочли просто забыть, списав её расхождения с Лениным на ошибки, которые она потом якобы преодолела, а многие её труды нашли свой последний приют в печах и поддались забвению. Но рукописи, как известно, не горят. Эта мысль нашла своё подтверждение в судьбе «Рукописи о русской революции» - довольно известном произведении Розы Люксембург на Западе и столь же мало известном в нашей стране.

Мы решились, преодолев природную скромность, рассмотреть эту работу «Красной Розы», чтобы донести её взгляды до российского левого читателя. В своё время этот её труд уже исследовал известный венгерский марксист Георг Лукач в своей книге «История и классовое сознание», но его «критика» нас не очень устроила, и мы взялись за эту работу – против Лукача за Розу Люксембург.

Как видно из названия этой статьи товарища Люксембург, она касается в ней Октябрьской революции, произошедшей в нашей стране. Как же отнеслась она к Великому Октябрю? В отличие от социал-демократов каутскианской и берштейнианской школы и с другой стороны, появившихся позднее, «левых коммунистов» типа Панеккука и Оскара Негта, она приветствовала Октябрьский переворот и сразу же признала в нём социалистический пролетарский характер. Но в целом её отношение к большевикам и большевизму можно обозначить как критическую солидарность. «Критическое осмысление русской революции во всех её исторических взаимосвязях есть лучшая школа для германского и международного пролетариата в решении тех задач, которые вырастают перед нами из современной ситуации» - писала она. Роза Люксембург противопоставила себя двум наиболее влиятельным течениям тогдашней социал-демократии, с одной стороны – оголтелым критикам вроде Каутского, с другой – фанатичным приверженцам «русского примера», стремившемся во всём скопировать большевистскую стратегию, тактику и идеологию. Что немедленно поставило её в разряд врагов, как первых, так и вторых. Впоследствии это печальным образом отразилось на ёё образе во время «большевизации» коммунистических партий.

Мы не будем останавливаться на ёё критике точки зрения Каутского и каутскианства, ибо тут её критика идентична всем известной ленинской критике этого господина, а перейдём к более интересному моменту – её критике большевиков.

Первый критический момент – это вопрос, касающийся аграрной политики ленинской партии. Лукач представляет Розу Люксембург как ярого противника этой политики, недопонявшего всей её прогрессивности. Проблема заключалась в большевистском лозунге о немедленном захвате и разделе земли крестьянами. Роза Люксембург высказала мысль о том, что проведении такой политики приведёт к появлению частной крестьянской собственности, что противоречит принципам социализма. Кто скажет, что это не так, пусть первый бросит в нас камень. Насаждение частной крестьянской собственности действительно не имеет ничего общего с социалистической политикой в аграрной области. Но это не критика в буквальном смысле слова, это констатация факта. Роза Люксембург приводит ещё один аргумент: «Ленинская аграрная реформа создала в деревне новый мощный слой врагов социализма, сопротивление которых будет гораздо опаснее сопротивления дворян-помещиков». Разве это не так? Разве впоследствии Россия не сотрясалась от кулацких мятежей? Разве потом не столкнулись сами большевики с проблемой снабжения городов и армии продовольствием, когда крестьяне, заполучив землю, успокоились и стали работать только на себя? Разве не возникла потом проблема немедленной коллективизации и последующая её трагедия? И, тем не менее, она пишет: «В качестве политической меры для укрепления пролетарско-социалистического правительства это превосходная тактика». Итак, Роза Люксембург – это не оголтелый сторонник «чистого коммунизма», которым её хотят представить некоторые горе-марксисты, это трезвый и серьёзный политик, прекрасно оценивающий положение вещей, причины и следствия тех или иных действий.

Далее, товарищ Люксембург вступает в продолжение старой полемики с большевиками по поводу вопроса о праве наций на самоопределение. Сама по себе это проблема настолько сложна, что заслуживает отдельного рассмотрения и написания не то что статьи, а целой книги, поэтому мы не будем касаться здесь этого вопроса подробно. Скажем только, что отношение некоторых товарищей к Розе Люксембург, как противнику этого принципа с точки зрения его «несоциалистичности» и нереальности, не выдерживает никакой критики. В подтверждение этого приведём её собственные слова: «Азбука социалистической политики состоит в том, что она борется против всякого рода угнетения, в том числе и одной нации другой».

Но всё рассмотренное выше это только преамбула. Теперь начнётся «амбула». Самое серьёзное расхождение Розы Люксембург с Лениным и большевистской партией заключается в расхождении во взглядах на диктатуру пролетариата и в вопросе о политической свободе в пролетарском государстве. Многие критики Розы Люксембург считают, что она осуждала разгон большевиками Учредительного собрания, не поняв что оно служило бы тормозом развития социалистических отношений в нашей стране и не могло стать отправной точкой социалистических преобразований. Но это не так. Она писала: «Поскольку Учредительное собрание было избрано задолго до решающего поворотного момента, до Октябрьского переворота, и его состав отражал картину прошлого состояния, а не нового положения вещей, то сам собой напрашивался вывод: распустив это устаревшее, т.е. мертворождённое Учредительного собрание, немедленно объявить выборы нового Учредительного собрания». Таким образом, Роза Люксембург прекрасно понимала всю несостоятельность старого Учредительного собрания и никогда не защищала его. Её критика носит под собой совершенно иную почву. Большевики выступили с принципом отрицания «тяжеловесных демократических учреждений» вообще, которые, по их мнению, не способны послужить делу развития социализма. И «вина» Розы Люксембург перед большевизмом заключается в том, что она выступила на защиту этих самых учреждений. «Разумеется, каждое демократическое учреждение имеет свои рамки и недостатки, как, впрочем, и все другие человеческие институты. Но только найденное Лениным и Троцким целебное средство – уничтожение демократии вообще – ещё хуже, чем тот недуг, который оно призвано излечить».

Роза Люксембург также выступила и против введённого большевиками избирательного права, которое лишало политических прав нетрудящиеся население. Это правда. Но с совершенно иных позиций, чем считают некоторые её противники. Они рисуют её как защитника «чистой демократии», «демократии вообще» - превращая её в заурядного ревизиониста. Но так ли это? Разве мог защитник «чистой демократии» высказать подобную мысль: «Когда всё среднее сословие, буржуазная и мелкобуржуазная интеллигенция после Октябрьской революции месяцами бойкотировала Советское правительство,…, тогда были само собой разумеющиеся все меры давления на них: лишение политических прав, экономических средств к существованию и т. д., чтобы сломить сопротивление железным кулаком. В этом и проявляется социалистическая диктатура, которая не должна страшиться никакого применения силы, чтобы в интересах общего дела содействовать или препятствовать проведению тех или иных мер». Но товарищ роза Люксембург выступила против такого избирательного права, поскольку в стране, в силу экономического кризиса, огромная масса трудящихся оказалась как раз «нетрудящимся» населением, безработным, то есть такое избирательное право могло фактически лишить политических прав огромную народную массу. К счастью, этого не произошло тогда, в чём великая заслуга большевиков. Но, действительно, могло произойти. И Роза Люксембург абсолютно точно указала на такую возможность.

Но далее она затрагивает ещё более важный вопрос. «Учредительным собранием и избирательным правом вопрос, однако, не исчерпывается. Должно быть принято во внимание также упразднение важнейших демократических гарантий здоровой общественной жизни и политической активности трудящихся масс: свободы печати, права союзов и собраний, которые стали незаконными для всех противников Советского правительства». Чем, действительно, является Роза Люксембург так это защитником политических прав народных масс и их свободы. «Свобода лишь для сторонников правительства, лишь для членов одной партии – сколь бы многочисленными они не были – это не свобода. Свобода всегда есть свобода для инакомыслящих» - это есть её политическое кредо. Она выступала против огульного террора и подавления всех оппозиционных партий. Что сразу же поставило её и её сторонников на противоположные полюса с большевиками. Большевики были и остаются сторонниками идеи, что диктатура пролетариата может найти выражение в «диктатуре партии», в «диктатуре революционного сознательного меньшинства». Сторонники Розы Люксембург были и остаются верны идеи Демократии Советов, когда решающее слово остаётся за самими трудящимися. Большевики считали и считают, что политическая свобода лишь служит лазейкой для буржуазного влияния. Сторонники Розы Люксембург убеждены, что политическая свобода необходима для здорового развития социализма. «Ленин и Троцкий поставили на место представительных учреждений, вышедших из народных выборов, Советы как единственное истинное представительство трудящихся масс. Но с подавлением политической жизни в стране неизбежно будет всё более затухать и жизнь в Советах. Без всеобщих выборов, неограниченной свободы печати и собраний, свободной борьбы мнений замирает жизнь в любом общественном учреждении, она превращается в видимость жизни, деятельным элементом которого остаётся одна только бюрократия. Общественная жизнь постепенно угасает, дирижируют и правят с неуёмной энергией и безудержным идеализмом несколько дюжин партийных вождей, среди них реально руководит дюжина выдающихся умов, а элита рабочего класса время от времени приглашается на собрания, чтобы рукоплескать речам вождей, единогласно одобрять предложенные резолюции. Итак, по сути – это хозяйничанье клики, правда, это диктатура, но не диктатура пролетариата, а диктатура горстки политиков, т.е. диктатура в чисто буржуазном смысле…» - писала Роза Люксембург. Такая картина ничего не напоминает? И вслед за этим она выдвигает собственное видение пролетарской диктатуры: «Историческая задача пролетариата, когда он приходят к власти, - создать вместо буржуазной демократии социалистическую демократию, а не упразднить всякую демократию. Однако социалистическая демократия не начинается на обетованной земле, когда создан базис социалистической экономики, не является готовым рождественским подарком храброму народу, который тем временем, верно поддерживал социалистических диктаторов. Социалистическая демократия начинается одновременно с уничтожением классового господства и строительством социализма…Она и есть не что иное, как диктатура пролетариата».

Понятно, что приверженность такой известной революционерки как Роза Люксембург подобным взглядам мало импонировала большевикам. И понятно, почему в своё время началась травля «люксембургианства» как вредного течения в коммунистической мысли. Понятно же и почему Георг Лукач в своей работе даже не стремится понять идеи товарища Люксембург, а туманно опровергает её взгляды, приписывая ей «органическую теорию» и сокрушаясь как такой «великий диалектик как Роза Люксембург сделала такие ошибки». Это тот Георг Лукач который вначале поддерживал Панеккука, затем, после угрозы исключения из движения, большевиков, позже Имре Надя. Тот Георг Лукач, который был исключён из партии за ревизионизм, а потом столь же рьяно стал поддерживать Кадара. Как не похож он на «Красную Розу» отдавшую свою жизнь, веря в свои идеалы. К сожалению, очень часто о взглядах Розы Люксембург судят именно по книге Лукача. Мы постарались, как смогли, донести до заинтересованного читателя другую точку зрения. Как получилось, судить не нам.

В конце мы хотели бы принести извинения за тяжеловесные цитаты, приведённые в нашей статье. Они были призваны наиболее точно представить взгляды самой Розы, а не наше их понимание. Одновременно, просим прощения за отсутствие цитат из Лукача. Его работу «История и классовое сознание» достать намного проще, чем работы Розы Люксембург, так что интересующемуся это не послужит серьёзной помехой.



Другие статьи автора

При использовании этого материала ссылка на Лефт.ру обязательна Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100